Там

Посвящается P.B.

Идут небесные Бараны,
Плывут астральные Ковши,
Пылают реки, горы, страны,
Дворцы, кибитки, шалаши.

Ревет медведь в своей берлоге,
Кричит стервятница-лиса,
Приходят боги, гибнут боги,
Но вечно светят небеса!

Николай Заболоцкий

Город Рабов

«Я хотел бы поделиться своими впечатлениями от проекта ван Лисхаута «Город рабов. Cradle to cradle».
 Не так давно выставка радовала «Винзавод» и его обитателей. Город рабов представляет собой современный город с тщательно спланированной инфраструктурой, служебными зданиями, университетами, оздоровительными и торговыми центрами, сельскохозяйственными угодьями, борделями и музеями.

Он самодостаточен, и потребляет только ту энергию, которую сам же и производит. «Город рабов» не импортирует ни топливо, ни электрическую энергию, заменяя их биологическим газом, солнечной энергией и энергией ветра. При этом в качестве рабочей силы город использует рабов, которые эксплуатируются для выполнения более или менее сложных заданий и тела которых после смерти пускаются на переработку и поедаются живыми рабами.
Глобальные климатические изменения, исчерпаемость ресурсов и прочее, к чему отсылает этот проект мастерской, важны не сами по себе, а как инструмент для конструирования такого пространства.
Город рабов представляет собой своего рода образец тоталитарного футуризма, основанного на принципах максимальной экологичности и полного презрения ценностями гуманизма. Парадоксальная попытка обозначить существование Города рабов климатическими изменениями, отсутствием углеводородной энергии намекает на всё более популярные на Западе идеи «экологического фашизма» наиболее чётко сформулированные финским философом Каарло Пентти Линкола.

Идеалом такого общества является управляемая немногочисленной образованной элитой тоталитарная диктатура, где основная масса населения живёт по стандартам Города Рабов, и где потребление ограничено использованием только возобновляемых ресурсов.
Это «уэллсовское» и «платоновское» будущее Земли, «схваченное» визионерами мастерской ван Лисхаута. В данном проекте угадываются и некоторые параллели с «золотым веком» западного колониализма и экстравагантными проектами российских крепостников XIX века, описанные Гоголем и Салтыковым-Щедриным».

Моя лекция по архитектуре среди киноцефалов, великанов Царства Пресвитера Иоанна имела успех. Зрители хлопали, некоторые сразу шестью ладонями.Очи стаи циклопов горели веткою рябины.

Ведь всем интересно, какие веянья на Земле. Я и рассказал какие. Подобные лекции у нас читают Паперные и Хазановы на «Стрелке» у «Красного Октября».
Я откланялся и отправился дальше в глубь моей Страны.

Страна Свободы

На серебряных камнях сидел мой дед и чистил до графитового блестящего состояния армейские сапоги. Я не видел его никогда, он умер, когда я ещё не родился. Но я узнал его даже не по фотографиям, просто узнал.
Он молодой, красивый и подтянутый начал рассказывать внуку, как выходил из окружения под Ленинградом, где Ударная армия под командованием ещё советского генерала Власова угодила в котёл.
«К нам сбросили десант, но парни попали вместе с нами в переплёт, выходили группами, я оказался с десантниками- морпехами с Балтики. Блуждали в ледяных лесах, не жрали ничего несколько суток, в итоге вышли в зачищенную недавно немцами деревню. Там стояли полусожжёные дома и на пожарище орали коты. Голодная десантура не выдержала и повалила туда. К котам. Я не пошёл. В деревне всех переколотили немцы из автоматов. Они только и ждали русских друзей, тех, что кровь-с-молоком. А я стоял под сосной зажимая руками виски, уши, череп, сжимая зубы, сжимая кору. И лёд во тьме лопнул. Ночью я обошёл проклятую деревню, а через сутки вышел к своим».

Дед улыбался и махал мне рукой через белёсые камни и искрящийся воздух.

В ртутном блеске низкоходящих облаков меня повстречал давешний генерал-с-лошадиной головой.
— Вы всё правильно сделали, что сюда перебрались. Вы прирождённый интуитивист, — над головой янтарными пузырями пронеслось его ржание.
— Я же подвёл вас, — заметил я. Хотел поехать в Америку, да сыграл в ящик.
— Дорогой мой, в священном мире – настоящая Америка – это Царство Пресвитера Иоанна, Белая Индия, королевство апостола Фомы. Вы попали по адресу и собственно Пресвитер вас ждёт.
— Разве к нему нет предварительной записи?
— Это же не российский паспортный стол. Ни записи, ни очередей здесь нет. Мы страна Свободы. Летающий Град.
Он быстро привел меня в Степь, утопающую в белом сжигающем свете.

На простом деревянном кресле Там сидел Пресвите Иоанн – ровно такой, как на средневековых картах, но не молодой, а старый, как мир. Он не шевелился, глаза его были мертвы. Он сделал мне один единственный знак органом, которого нет у иных людей. Знак означал одно: спаси меня, вынь жало из моего сердца.
Я приблизился к Белому Царю и совершил деяние без брезгливости, хотя на меня сыпались с его одежды, переливающиеся опалами, ангелические ящерицы.
Из сердца Пресвитера я быстро извлёк потемневшее от времени золотое жало.
Царь сразу осунулся, сник, схлопнулся и исчез, как во сне. А ящерицы разбежались по бескрайним платиновой полыни холмам.
Всё пропало подумал я, теперь то уж точно всё кончено. Всё и навсегда.
Я постучал по деревянному резному креслу и лёг в него, как в гроб. Чтобы спать в колоде, как староверы-беспоповцы. И видеть залитые нефтью горящие айсберги.

Из пустоты подошёл гофмаршал. В скифском мундире с головою оленя. Высунул язык. Я видел, что за его спиной стояли народы и священные животные. Актеон достал из залитого кровью кармана блестящее аурум-шило с ручкой, инкрустированной утками. И мастерски воткнул шило в моё сердце. Оно влетело в давно не работающей орган голубою птицею.
«Вот так, вот так и вот так. А теперь действительно всё!», — промычал мой гофмаршал. Человек-Олень.

Конец

Не от звезд ли занимаются пожары в этой стране?
Антуан де Сент-Экзюпери

Много дней я лежу в горячке на горностаевых шкурах в золотом шатре. Окрест бродят шаманы в адмиральских фуражках, — я гоню их в шею. Пью только верблюжье молоко и солоноватую воду из местных озёр с ирридиевыми берегами. Иногда я таращусь на огонь и албанские львы из зеркал таращатся вместе со мной. А в дымнике юрты по ночам прямо над моей головой горит звезда Луаярвиль – бриллиант Пресвитера Иоанна. А недалеко от Луаярвиля расположилась сверхновая Королевы. Она успокаивает безумие моих серо-зелёных глаз. Однажды моя чума кончится, я выздоровлю и подарю звезду Королевы тебе.

P.J.

При оформлении текста использованы работы ван Лисхаута, Алексея Голубцова, а также старинные гравюры и фотографии Царства Пресвитера Иоанна и Беловодья

Релевантно:

AES+F

Путешествие в Царство Пресвитера Иоанна (Грифоны-цареубийцы)

Submit your comment

Please enter your name

Your name is required

Please enter a valid email address

An email address is required

Please enter your message

HotLog

Движение Новые Скифы © 2020 All Rights Reserved

Проект Новые Скифы

Designed by WPSHOWER

Powered by WordPress